Новости образования • Информация о ходе реализации ФЦПРО 2016-2020 • Реализация проектов в сфере образования
Личный кабинет
Интервью

Pro образование

12.02.2019

Может ли студент прожить на стипендию? Будет ли в аспирантуре обязательная защита диссертации? Не проигрывает ли традиционная форма обучения виртуальной? Об этом и многом другом рассказал министр науки и высшего образования Российской Федерации Михаил Котюков.

– Работодатели уже много лет повторяют: вузы выпускают людей, не готовых работать в реальных условиях. Недавно два ведущих рекрутинговых агентства и вовсе отказались от графы «образование» в форме резюме. Все равно придется переучивать или доучивать. А ведь на подготовку таких «специалистов» государство расходует огромные деньги. Как предполагается менять ситуацию?

– Действительно, в некоторых областях порой существует «дисгармония» между ожиданиями работодателей и реальными знаниями выпускников. Но на деле эта проблема решается довольно легко: прежде всего, вовлечением самих работодателей в образовательный процесс. Ведь сегодня их можно приглашать в вузы в качестве лекторов или ведущих мастер-классов и семинаров, организаторов олимпиад и, конечно же, проводить стажировки «на производстве».

Безусловно, повышение качества образовательных программ – абсолютный приоритет для системы профобразования. Надо приблизить учебные программы к запросам рынка труда. Выпускники вузов должны получить уровень компетенций, который позволит им быть конкурентоспособными. Вот что принципиально важно. А графа «образование» в резюме – это лишь внешний «инструмент» оценки.

– Не планируется ли вернуться к системе распределения выпускников?

– В свое время в Госдуму выносилось предложение о переходе к распределению после окончания вуза. Однако проект был негативно встречен всеми сторонами: студентами, преподавательским составом и работодателями. Возврата к системе распределения не будет, однако не стоит забывать об институте целевого набора, благодаря которому тысячи выпускников получают работу сразу после окончания учебного заведения.

– Сегодня по окончании аспирантуры защищается катастрофически мало выпускников – немногим более 12 процентов. Российская академия наук требует снова сделать аспирантуру отдельным уровнем высшего образования, что, по мнению академиков, будет способствовать росту числа защит. Какая позиция у министерства?

– В первую очередь необходимо развеять мифы, что Федеральный закон № 273 «Об образовании в Российской Федерации», принятый в 2012 году, кардинально изменил подход к обучению в аспирантуре, сделав ее уровнем образования и отдалив от науки. Аспирантура всегда была частью высшего образования. Кроме того, подготовка диссертации при обучении в аспирантуре по-прежнему является обязательной. Мы считаем, что надо сохранить аспирантуру как третий уровень высшего образования.

В чем главная проблема? Нам нужно больше защит. Сегодня доля образовательных программ в аспирантуре всего 12,8 процентов. Нужно ли что-то добавлять? Возможно. Я спрашивал молодых ученых: «Вам важно иметь компетенции, навыки передачи знаний более молодым?» Важно. Значит, нужны программы по психологии, педагогике, возможно, языковая подготовка. Но все это нужно очень тщательно взвесить.

В советское время в аспирантуре было примерно 30 процентов защит. Сегодня 10-12 процентов сразу, и еще примерно столько же через год. А мы хотим, чтобы 30 процентов было в первый год выпуска.

Принципиальных решений пока не принято. Но мы будем предлагать модернизацию аспирантуры. В частности, хотим снять требования по аккредитации с программ аспирантуры. Кроме того, научно-образовательный комплекс должен сформировать заказ как работодатель на «остепененного» выпускника. Думаю, что мы сможем запустить здесь целевое обучение. Когда научный институт будет заказчиком выпускника аспирантуры и сразу за степень давать надбавку к зарплате.

– В ряде вузов вместо дипломных работ стали принимать бизнес-проекты. Что это за практика?

– И не только бизнес-проекты. В рамках нацпроекта мы предлагаем вузам подобные эксперименты. Суть в том, что, подготовив бизнес-проект или опубликовав серьезное исследование в хорошем научном издании, выпускник уже демонстрирует высочайший уровень подготовки и компетенции. И формально его можно не перепроверять.

– Что думает министр науки и высшего образования о нынешней стипендии? Может ли студент сегодня прожить на стипендию? В среднем они получают около 3 тысяч рублей, самые активные и умные – 10-20 тысяч, но таких очень мало. В советские времена стипендия была от 42 до 55 рублей. По тем временам очень приличные деньги.

– Система стипендий сегодня достаточно гибкая. Очень много возможностей передано в сами вузы. Есть стипендии президента и правительства РФ, именные стипендии, стипендия президента РФ для обучения за рубежом и т.д. Поэтому не уверен, что нужно увеличивать стипендиальный фонд. Все-таки это один из факторов мотивации. Есть система показателей, при достижении которых можно рассчитывать на более высокий уровень поддержки. Есть возможности и у будущих работодателей предлагать свои стипендии. Все зависит от того, насколько активен сам студент.

– Сейчас в мире около 70 миллионов слушателей онлайн-курсов, а через пять лет их, по прогнозам, будет 200 миллионов. Не проигрывает ли традиционная форма обучения виртуальной?

– Сразу отмечу: онлайн-образование не претендует на замещение традиционного образования, но дополняет его, помогая студентам получить больше доступной информации. А у профессоров появляется больше времени на «живое» общение со студентами в рамках практических и лабораторных занятий и, самое главное, на науку. Ведь преподаватель в университете – не только носитель знания, но в первую очередь его создатель.

В мировой практике массовые открытые онлайн-курсы уже стали неотъемлемой частью системы образования. Россия пока в начале пути. Но первые шаги уже сделаны. Вузы выходят со своими курсами на ведущие международные платформы. Например, на платформе Coursera свои онлайн-курсы есть у восьми ведущих вузов России – ВШЭ, МГИМО, МИФИ, МФТИ, НГУ, СПбГУ, СПбПУ, ТГУ. Кроме того, создаются и свои платформы, аналогичные зарубежным. Кстати, в рамках федерального проекта «Молодые профессионалы», предусмотрено увеличение числа российских университетов в сети: от них потребуют размещения не менее 10 образовательных курсов на международных платформах онлайн-образования.

– Одна из задач министерства на 2019 год – совершенствование системы аккредитации вузов. Расскажите, к чему им готовиться?

– Главной проблемой госаккредитации является ее формальность и оторванность от действительных академических и педагогических результатов. Фактически аккредитационная экспертиза сводится сейчас к проверке учебно-методической документации вузов на ее соответствие ФГОС. Мы сейчас обсуждаем новую систему. Какой она будет – предстоит решить совместно с вузовской общественностью.

– Недавно стало известно, что планируется «разморозить» право на образовательные кредиты. Какая сейчас ситуация?

– В прошлом году были введены новые правила предоставления образовательных кредитов для граждан. Однако их действие пока приостановлено. Необходимо привести документ в соответствие с новыми нормами, которые появились из-за реорганизации министерства и изменения зоны его ответственности. В настоящее время мы работаем над внесением изменений в постановление № 197, а также ведем переговоры со Сбербанком России по заключению соглашения о сотрудничестве.

Подчеркну: Минобрнауки напрямую заинтересовано в предоставлении гражданам дополнительных возможностей для получения высшего образования. Однако справедливости ради отмечу: кредитных историй среди тех, кто учится по контракту, крайне мало. Самые популярные специальности у такой категории студентов: экономика, юриспруденция, менеджмент, лингвистика, реклама, журналистика, педагогика, финансы.

– В конце прошлого года в СМИ был просто «завал» информации о различных вузовских рейтингах. Порой сами вузы путались, кто и где на каком месте. Такое обилие рейтингов – стимул к развитию?

– Конечно, рейтинги – не самоцель, а лишь индикатор сильных и слабых сторон конкретного вуза. Но при любой оценке нужно учитывать специфику. Например, ГИТИС не может ориентироваться на общие рейтинги, такие как ARWU, THE и QS, он не будет отобран ими даже для рассмотрения. А вот, например, в предметном рейтинге QS «Исполнительские виды искусства» ему точно найдется место.

Кроме оценки работы университетов, рейтинги помогут выбрать партнера, например, для совместных научных исследований. В этом случае «балом правят» предметные или региональные рейтинги. Студентам и абитуриентам будут наверняка интересны рейтинги вузов по трудоустройству выпускников или таблица самых интернациональных университетов мира. Так что увеличение количества рейтингов – общемировая тенденция. При этом вузы прежде всего должны концентрироваться на своем развитии – тогда и рейтинг будет в порядке.

Источник