Новости образования • Информация о ходе реализации ФЦПРО 2016-2020 • Реализация проектов в сфере образования
Личный кабинет
Интервью

Директор Центра ИТ-исследований и экспертизы РАНХиГС Михаил Брауде-Золотарев: «Кризис в условиях большой прозрачности – что может быть лучше для конкуренции?»

31.03.2020

Все российские вузы в срочном порядке переходят на дистанционное обучение. О том, как организован процесс онлайн обучения в Президентской Академии, о его перспективах и трудностях рассказал директор Центра ИТ-исследований и экспертизы РАНХиГС Михаил Брауде-Золотарев.

– Михаил Юрьевич, расскажите, как и для чего внедряли систему дистанционного обучения (СДО) в Академии? С какими сложностями пришлось столкнуться?

– Централизованную систему дистанционного обучения развернули в Академии в 2018 году. Используется она традиционно: преподаватели выкладывают учебные материалы, проводят тестирование, принимают и оценивают самостоятельные и практические работы студентов и т.п. СДО изначально интегрирована с системами учета контингента, расписания занятий и учебных планов, с личными кабинетами студентов и преподавателей. Ее также сразу интегрировали с вебинарами, антиплагиатом и библиотечными системами, в прошлом году появилась возможность удаленно принимать экзамены.

К нынешней ситуации мы подошли с примерно 10 тыс. студентов и около полутора сотен преподавателей в СДО. В этом году планировали постепенно вводить обязательность использования СДО, но не думали, конечно, что это будет идти так энергично.

Трудности, с которыми мы столкнулись, тоже традиционные. Во-первых, психологическая и профессиональная неготовность людей менять привычки. Что для отдельных преподавателей лишние хлопоты, для современных студентов – элементарная вежливость. Они, например, справедливо ждут, что у них будет единая точка доступа ко всем своим данным, включая учебные материалы, оценки, расписание, мобильный доступ и т.п.

Для меня это не стало неожиданностью, но преподаватели-гуманитарии в среднем более адаптивные по сравнению, например, с ИТ-шниками. Не зря так много говорят про soft skills.

– СДО закрывает все задачи по обучению? Или приходится использовать другие программы, например, Zoom, Google Classroom, Google Hangouts?

– Универсальный инструмент хорош тем, что решает задачу комплексно. Одновременно он в чем-то проигрывает специализированным решениям. Поэтому мы придерживаемся такой стратегии: СДО должна обеспечивать базовую коммуникацию между студентами и преподавателями. Если преподаватель не хочет или не умеет применять дополнительные инструменты, ему должно хватить СДО. Условно, это армейский ножик.

Но преподаватель, конечно, может применять дополнительные по отношению к СДО инструменты и сервисы. Условие: они должны быть бесплатны для студентов, а ссылки на них должны размещаться в разделах дисциплины в СДО.

Например, СДО Академии интегрирована с видео-сервисом MS Teams. Он доступен в каждом курсе в СДО, к каждой видеолекции по расписанию автоматически «подтягиваются» студенты соответствующей группы. Хотите вместо этого использовать более удобный Zoom – пожалуйста, но, повторю, не забудьте разместить ссылку на вашу трансляцию в СДО.

Другое дело, я бы рекомендовал минимизировать разнообразие, не надо заставлять студентов поддерживать полтора десятка каналов связи и сервисов. Но если нужен скальпель, значит, применяйте скальпель – это обычный поиск компромисса между простотой и функциональностью. Опыт показывает, что постепенно число задействованных инструментов сокращается, и мы понимаем, что процентов 80 этого уже реализовано у нас в СДО.

– Что Вы считаете главным успехом в процессе реализации задачи по внедрению СДО и что считаете главным провалом?

– За 2019 год мы использовали около полутора сотен отдельных электронных образовательных ресурсов в рамках отдельных дисциплин и 11 полноценных онлайн-курсов – «внутренних МООК». В «надоях» и «урожаях» это больше, чем 40 тыс. освоенных дистанционно курсов, из которых примерно треть пришлась на Москву и две трети на 40 наших филиалов. Онлайн-курсы вытеснили больше 12,5 тыс. часов аудиторной нагрузки преподавателей. Обучили более тысячи преподавателей Академии и внедрили СДО, о чем я уже сказал.

Это одновременно и успех, и неудача. С одной стороны, это довольно много для пары семестров. С другой, могли действовать быстрее и шире. Но скорость движения определяет, как известно, арьергард, который мы все равно любим и ценим, и который постепенно наберет темп, адекватный скорости изменений современного мира.

– Оказалась ли готова Академия к обращению всех студентов к СДО после перевода обучения на дистант?

– В целом, да. ИТ-подразделения Академии оперативно нарастили ресурсы, пока мы системно не «падали» и, надеюсь, и не упадем. СДО Академии хорошо масштабируется, решение недорогое и простое, но надежное. На конец недели у нас в системе тысячи преподавателей и около 2 тыс. курсов, и их число еще будет расти.

С содержательной точки зрения ситуация, конечно, сложнее. Не все любят общаться с камерой, не у всех преподавателей есть авторский контент. И если первое быстро поправимо, второе заставляет задуматься. Тем не менее, процесс идет активно, и, что тоже важно, скоро мы намного лучше будем видеть, кто есть кто.

Кризис в условиях большой прозрачности – что может быть лучше для конкуренции, повышения эффективности и, в результате, отбора и укрепления позиций лучших?

– Как организована помощь преподавателям, которые не имели ранее опыта преподавания онлайн?

– Интенсивно их доучиваем. Этот процесс хорошо технологизирован, для большинства наших преподавателей он займет около недели или чуть больше. Преподаватели обучаются в «боевой» системе дистанционного обучения, видят ее, в том числе, глазами студента – это упрощает им переход на самостоятельную работу.

Конечно, работает служба поддержки, в стрессовом режиме обрабатывает мощный поток запросов, за что коллегам большое спасибо. В учебных подразделениях постепенно появляются свои ответственные за поддержку преподавателей и студентов.

Мы сформировали базовые нормативные и методические материалы, инструкции для преподавателей и деканатов, Q&A, которые пополняем и обновляем. Хотелось бы делать это быстрее, конечно, но одновременных задач сейчас слишком много.

Кроме того, по наиболее «тиражным», массово преподаваемым дисциплинам, будет организована централизованная контентная поддержка деканатов и преподавателей со стороны наиболее сильных наших факультетов и программ.

– Как Вы оцениваете перспективы и возможности дистанционного обучения в России? Соответствует ли этот формат духу времени и потребностям молодых людей?

– Перспективы, как всегда, во время хайпа, блестящие, но какие в точности, никто, конечно, не знает. К сожалению, я не могу разделить уверенность, с которой обычно говорят про грядущее доминирование онлайн-обучения. Конечно, роль дистанта с приходом новых поколений (прежде всего, педагогических), выросших в ИТ-среде, будет расти. Также можно прогнозировать, что роль дистанта будет и дальше увеличиваться там, где обучают «ремеслу», конкретным навыкам. Насколько глубоко войдет дистанционное обучение в системное, в особенности в фундаментальное образование, вопрос более сложный и пока открытый. Не очень понятно, как культура решит проблему снижения мотивации у большой части студентов при отказе от очного обучения. Сегодняшние ожидания, я считаю, завышены: инструмент, имеющий прекрасную, но все же очаговую эффективность, «продается» как универсальный и всеобъемлющий.

Рынок в целом еще в инвестиционной стадии, расходы в значительной степени направлены на маркетинг, на привлечение аудитории. Насколько публика окажется лояльна нынешним лидерам, научаться они зарабатывать на дистанте, не роняя качества и не сваливаясь в торговлю «корочками» или административным весом, вопрос, строго говоря, пока открытый. Коммерческий рынок тут, как обычно, выглядит более здоровым – в силу естественных для конкурентного рынка обратных связей. Официальному обучению без таких обратных связей сложнее.

– Почему?

– Онлайн-курс, ориентированный на официальное обучение, тем более массовое, при прочих равных сделать дороже и организационно сложнее, чем рыночный. Отчуждаемый от авторов курс должен быть модульным, он должен быть упакован нормативными, методическими и инструктивными материалами для студентов и преподавателей, он должен постоянно обновляться и поддерживаться, его должно быть можно настроить под конкретную учебную задачу, его надо уметь совмещать с программой семинарских и практических занятий, когда их нельзя перенести в онлайн-формат. Если все это не продумать, применимость онлайн-курса будет очень ограничена. Нас не должно обманывать, что в разных вузах дисциплина может иметь одно название, одинаковые «бумажные» результаты и часы на освоение.

Онлайн-курс часто воспринимают, как «коробочный» контент – видео-учебник в красивой упаковке с бантиками – в то время как его лучше сравнить с небольшой ИТ-системой. И как для всякой ИТ-системы, надо понять, какой процесс он автоматизирует и заменяет, какая у него «экономика», надо написать ТЗ, сделать разработку, провести опытную эксплуатацию и доработку, приемку. Потом внедрение, обучение, адаптация смежных процессов, непрерывное сопровождение и т.п.

Обычно энергии хватает на видеопроизводство, отрисовку презентаций и настройку примитивных тестов, которые мало что тестируют. Сам контент часто образуется по принципу «что был готов записать сильный преподаватель». Многие ли, помимо него самого, смогут использовать его на практике? Мотивированные студенты смогут. Что делать с остальными, вопрос тоже открытый. Я, кстати, если упрощать, считаю, что учить надо тех, кто действительно хочет учиться – но я не уверен, что я в большинстве. Еще в контексте трудностей можно было бы обсудить госрегулирование официального обучения, но это тема другого разговора

Источник